Рихард Зорге – романтик разведки

Зорге

Рихард Зорге считается одним из лучших разведчиков XX столетия. Советский народ узнал его имя, его историю только после 1964 года, а за рубежом все послевоенные годы оно было на слуху. Именно Рихард Зорге сообщил точную дату начала наступления немецких войск на Советский Союз (чему Сталин, как известно, не поверил), а также крайне важную для нашей страны информацию о том, что Япония не намерена вступать в войну против СССР. Это сообщение позволило снять с восточной границы два миллиона солдат, что в результате привело к краху немецкого наступления на Москву и коренному перелому в войне.

Зорге не только информировал о действиях Японии, но и влиял на них через своего друга и соратника Одзаки — убежденного коммуниста и одновременно высокопоставленного японского чиновника, пользовавшегося авторитетом в верхних эшелонах власти. Тот с подачи Зорге искусно внушал правительству Японии, что лучше напасть на США, чем на СССР. Зорге был одним из «архитекторов» договора держав «оси» — Германии, Италии и Японии — который был во многом направлен против США. Таким образом, Зорге был коварным и искусным дипломатом. Этот разведчик хотел решать судьбы мира — и ему это иногда удавалось. Зорге в определенной степени страдал «комплексом Наполеона». Известно его высказывание: «Если кто-то и сможет свалить Гитлера, то это буду я!».

Зорге был великолепным журналистом, признанным экспертом по Китаю и Японии. Его статьи печатались в ведущих немецких и голландских газетах. Он был доктором философии и квалифицированным врачом. Вместе с тем, у него был тяжелый и многообразный жизненный опыт.

Он родился в Баку, в семье инженера-буровика. Дед Зорге был секретарем Карла Маркса, видным революционером. Его отец был немцем, ярым шовинистом и националистом, гордился своим общественным положением и состоянием (большую часть которого утратил в результате социальных катаклизмов). Мать была русской. В конце XIX века семья переехала в Берлин, где клан Зорге не принял отца Рихарда как равного. Мальчик рос независимым, самоуверенным, любил одиночество, занимался спортом, интересовался классической немецкой философией, литературой и историей. С детских лет он чувствовал свою исключительность — в школе его прозвали «принцем».

«Из истории мне особенно полюбились периоды Французской революции, Наполеоновских войн и эпоха Бисмарка», — пишет Зорге о своей юности. В поисках смысла жизни, сильных впечатлений и под влиянием шовинистических настроений он добровольцем отправляется на войну — и, как Ремарк, Хэмингуэй, Олдингтон, Барбюс и миллионы других, переживает крах всех ценностей: семейных, государственных и личных.

Зорге был трижды ранен, но возвращался в строй. Он был, безусловно, храбрым и незаурядным человеком. Если бы не война, Зорге был бы «столпом общества»: его семья была хорошо обеспечена, и его ожидала карьера врача, журналиста, писателя или политика. Но в послевоенном хаосе это казалось невозможным, 23-летний Зорге чувствовал, что не вписывается в социум — а сам социум пребывал в глубоком кризисе, и Зорге искал идеологию и политическое движение, которые позволили бы ему сохранить самоуважение, найти свое место, реализовать свои способности и, по-видимому, служить великой стране (оба героя его юности — Наполеон и Бисмарк — создатели империй).

Реализовать свои способности он решает в революционном движении — как он пишет, стать «апостолом революции». Он — из революционеров-идеалистов, которых интересует не личная власть (во всяком случае, сознательно), но общее благо и яркая историческая роль.

В противоречии со стремлением к ярким личностным проявлениям была его конспиративная деятельность, о которой он был вынужден молчать. Однако в воспоминаниях подчеркивается его самоуверенность, сознание собственной значимости. Иногда Зорге прямо намекал на исключительный характер своей миссии. После Первой мировой войны, по заданию партии работая шахтером. Зорге одновременно занимался философией, медициной и партийной работой. Затем перешел в разведку, где пригодились многие его способности.

Ею судьба круто переменилась дважды. В первый раз это было связано с трансформацией мировоззрения в результате войны. Второй раз — с знакомством с московскими коммунистами, приехавшими на съезд КПГ в мае 1924 года. Зорге было поручено обеспечивать их безопасность. Московские товарищи, оценив талант и размах деятельности Зорге, пригласили его в Москву для работы в Коминтерне — нежизнеспособном кентавре, совмещающем разведку и пропаганду. С трудом выполнив несколько заданий для Коминтерна, Зорге понял, что это две вещи несовместные, и перешел на работу в ГРУ, где основное внимание уделялось строго законспирированной разведработе вне всякой связи с компартиями стран назначения.



Опубликовано 30.05.2017 admin в категории "5. Эпоха СССР (XX в.)", "Интересная история", "История России