История успеха Билла Гейтса

Гейтса

На протяжении столетий центр глобальной экономической мощи плавно перемещался на запад, от итальянских городов-государств эпохи Возрождения через Испанию и Голландию к изобретателям и капиталистам, разбудившим Промышленную революцию в Англии. К середине XIX в. траектория богатства пересекла океан и остановилась в США, где предстояло построить железные дороги и сделать на обширных природных ресурсах личные состояния, каких еще не знал мир.

С развитием американского рынка рос и спрос на товары длительного пользования, а никакой другой товар длительного пользования не соответствовал так американской этике, как частный автомобиль. Реклама эксплуатировала разнообразие выбора и помогла создать торговые марки вроде «Кока-Колы». По мере того как мир сжимался, он становился единым рынком. Развитие средств связи, увеличение количества свободного времени и появление индустрии развлечений превратило киноэкран и телевидение в «золотое дно» для тех, кто контролировал студии и средства коммуникаций. А затем появились компьютер, Интернет — и все взорвалось снова.

С помощью компьютера и системы навигации Интернета каждый дом может стать не только развлекательным, но и учебным, торговым, коммуникационным центром, к которому легко подключиться. В то время как рыночная стоимость рентабельных компаний материальной сферы бизнеса сжималась, бесприбыльные компании «dot.com» вышли на такие соотношения цена/доходность, при которых голландская тюльпаномания XVII века выглядит почти безобидным увлечением. А рынок все рос и рос, показывая рекордные для быков результаты. Старые правила, казалось, были отброшены. Богатство дематериализовалось. Физическое содержание значило почти ничего. Интеллектуальное содержание значило почти все. Информация была повсюду. А великое состояние, воплотившее в себе Век Информации, принадлежало 80-миллиарднодолларовому зануде из Сиэтла Уильяму Генри Гейтсу III.

Подобно Генри Форду с его «Моделью T», Билл Гейтс предугадал массовую привлекательность персонального компьютера, но в отличие от Форда не хотел его строить. Гений Гейтса никогда не распространялся на железо; вместо этого он предложил мозги (программное обеспечение и операционные системы), которые позволяют железу работать. Как и Дж. П. Морган, Гейтс видел себя творцом, создающим порядок из беспорядка. MS-DOS и Windows были не просто программными продуктами и операционными системами; они должны были стать промышленными стандартами, потому что стандартизированная промышленность приносит пользу каждому и в особенности Биллу Гейтсу. Гейтс прекрасно понимал и значение торговой марки: множественные версии его программного обеспечения Windows, индексированные по годам, представлялись на пресс-конференциях, превращавших высокую технологию в сияющее театрализованное представление наподобие «Мисс Вселенная». Будь с нами или оставайся в дураках, казалось, говорили на презентациях, но звучало также и предупреждение: не вставай у меня на пути. Когда дело доходило до сокращения и поглощения конкуренции, Гейтс обладал жестокостью Джона Д. Рокфеллера. Так же, как власть раздробила «Стандарт ойл» Рокфеллера, она пожелала демонтировать корпорацию «Майкрософт» Гейтса.

А вот и еще одно сходство Гейтса со многими магнатами прошлого: он начал бизнес, сделавший его самым богатым человеком в мире, не имея ничего, кроме идеи и железной воли. Генри Форд подчинил своих рабочих и смог держать в узде профсоюзы, назначив зарплату $5 в день. Билл Гейтс подчинил своих рабочих и смог удержать их от бегства в другие компании, разрабатывающие программное обеспечение, разделив богатство через фондовые опционы. Он не был первым человеком, испробовавшим эту стратегию, но никто никогда не разделял богатство подобно ему. Прежде чем закончилось столетие, корпорация «Майкрософт» создала внутри себя более 20 000 миллионеров, от программистов до секретарей. Гейтс и все, кто начинал вмести с ним Информационный Век, разделили богатство и еще одним уникальным способом, изменившим мир так же необратимо, как Промышленная революция: они создали инфраструктуру, которую может использовать любой человек в любом месте на земле. Почти тысячу лет назад Годрик должен был бороться с невероятными трудностями просто для того, чтобы суметь подняться из презренной бедности. Теперь, впервые в человеческой истории, такой возможностью хотя бы чисто теоретически обладают все.

Магнаты, люди, создающие и подчиняющие себе отрасли промышленности, объединяющие их и добивающиеся максимальной производительности, – такие сверхзвезды бизнеса всегда представляются людям по-разному. Для некоторых они святые доказательства того, что демократический капитализм лелеет меритократию естественно одаренных. Другие хвалят Джонов Д. Рокфеллеров за щедрость, хотя они же и порицают жестокость, с которой те продвигаются к вершине. Для остальных магнаты – воплощение зла, представители всего неправильного, что есть в системе, которая не только допускает экономическое неравенство, но иногда, кажется, процветает на нем. Некоторые самые большие магнаты были всем сразу: Генри Форд – первый миллиардер, социальный новатор, почти президент, создатель современного индустриального порядка, человек, сочувствующий фашизму, и бешеный антиюнионист. Список противоречий можно продолжать до бесконечности. То же самое с Биллом Гейтсом.

Никто никогда не был настолько богат. Поскольку Билл Гейтс имеет такие крупные собственные инвестиции в собственную компанию, его богатство постоянно тесно привязано к курсу акций «Майкрософт». Это означает, что в 1996 г., когда акции корпорации подскочили на 88%, Гейтс разбогател на бумаге почти на $11 млрд. «получая» приблизительно $30 млн в день. Джон Д. Рокфеллер, как считают, зарабатывал примерно $2 в секунду. В лучшие времена своей компании Гейтс зарабатывал почти в 175 раз больше – примерно $347 в секунду, или столько, что каждую минуту мог покупать новую «Хонду- Аккорд». В соответствии с декретом Гейтса, согласно которому «Майкрософт» всегда должна иметь в банке достаточно денег, чтобы работать в течение года без любых доходов, компания в то время имела остаток на счетах в $8 млрд. Гейтс построил дом общей площадью 40 тыс. кв. фута у подножия утеса на озере Вашингтон в пригороде Сиэтла. Один лишь сводчатый гараж вмещает 30 автомобилей. Современный до крайности, этот дом также до крайности роскошен: настоящий Эскуриал Информационного Века.

Редко, впрочем, один человек выглядит столь неоднозначно в глазах многих людей. Друзья и коллеги любят говорить о способности Гейтса к «параллельному процессу», его «неограниченном диапазоне» и возможностях «многозадачности». Он работает в своем офисе в разрастающемся кампусе «Майкрософт» в Рэдмонде, шт. Вашингтон, на двух компьютерах сразу: один компьютер сортирует данные, прибывающие из Интернета, другой обрабатывает сотни ежедневных сообщений электронной почты, через которую Гейтс поддерживает контакт со своими служащими и внешним миром. Говорят, что его ум обладает почти компьютерными способностями решать проблемы: Гейтс умеет превращать огромный объем входящей информации в точно сформулированные ответы. По крайней мере, частично этот человек соответствует данным ему характеристикам.

Вот что сказал Гейтс Уолтеру Айзаксону из журнала «Тайм»:

–  Не думаю, что в человеческом интеллекте есть что-нибудь уникальное. Все нейроны в мозгу, обеспечивающие восприятие и эмоции, работают по двоичной системе. Когда-то машина скопирует это. В конечном счете, мы сможем расшифровать код человеческого генома и воспроизвести, как это сделала природа, интеллект в системе, основанной на углероде. Это как обратное проектирование чьего-то продукта с целью решения задачи.

Даже знаменитая склонность Гейтса к спорам положительна, утверждает один из руководителей «Майкрософт» Стив Боллмер, экс-сокурсник по Гарварду (он окончил университет, Гейтс – нет), которого Гейтс в 1980 г. сманил в компанию из «Проктер энд Гэмбл»:

– Конфликт может быть полезен. Разница по сравнению с P&G поразительна. Там вежливость была превыше всего. Билл знает, что важно избежать этой нежной любезности, которая не дает быстро добраться до сути проблемы. Он любит, когда любой, даже младший служащий, бросает ему вызов, и вы знаете, что он уважает вас, когда начинает кричать в ответ.

С другой стороны, коллеги указывают на филантропию Гейтса и его дружбу с самым низко-технологическим миллиардером, Уорреном Баффеттом. Подобно Эндрю Карнеги, Гейтс выразил желание потратить вторую половину своей жизни на то, чтобы отдавать деньги, и этот процесс уже в стадии реализации. Через фонд, управляемый отцом Гейтса, Билл и его жена Мелинда пожертвовали миллиарды долларов, главным образом на образование, библиотеки и здравоохранение. В течение 1999 г. гранты от Фонда Билла и Мелинды Гейтс составили почти $950 млн на вакцины против предотвратимых болезней и ровно $1 млрд на финансирование программы «Гейтс миллениум сколарз» по увеличению доступности высшего образования для национальных меньшинств. Среди точек притяжения между Гейтсом и Баффеттом – одержимость играми всех видов и марафонская способность резаться в них. В первый раз, когда два самых богатых человека Америки собрались со своими женами в доме Баффетта в Сан-Франциско, они 9 часов подряд состязались в бридж.

Однако, если каким-то образом затрагиваются интересы Билла Гейтса, мягкие оценки не годятся. Большую часть 90-х гг. Гейтс и «Майкрософт» подвергались постоянным юридическим атакам: сначала длительное и всеобъемлющее расследование, проведенное Федеральной комиссией по торговле, затем антимонопольный иск, поданный Минюстом. Наконец, судья Томас Пенфилд Джексон принимает решение о раздроблении компании. Однако по сравнению с устными и письменными нападками на Гейтса преследование закона кажется почти прохладным.

Бывший руководящий работник «Майкрософт» Роб Глэйсер, возглавивший компанию звуковой системы для Интернета «РиалАудио», назвал своего прежнего босса дарвинианцем. «Он не ищет взаимовыгодного сосуществования с другими, а всегда старается победить их. Под успехом понимается подавление конкуренции, а не создание более качественного продукта», – говорит Глэйсер. Благодаря склочности Гейтса, продолжает он, «атмосфера в «Майкрософт» была как при бесчестной игре в покер, когда вы предпочитаете скрывать информацию, даже если это вредит людям, с которыми вы работаете».

Юрист из Силиконовой долины Гэри Рибэк, например, утверждает, что «Майкрософт» использует «свою существующую монополию для сдерживания новой технологии». Это обвинение является естественным результатом еще одной давней претензии, высказанной самыми передовыми высокотехнологичными компаниями и их сторонниками: и Гейтс, и его компания эволюционны, а не революционны. То же самое утверждение можно было бы вменить в вину всем магнатам вообще, от Козимо де Медичи до Генри Форда. Так же, как Козимо не изобрел банковское дело, Форд не изобрел автомобили с бензиновыми двигателями; они создали свои состояния скорее потому, что работали эффективнее. Однако в цифровую эру, где все должно быть новым, такое обвинение имело резонанс.

Кажется, конкуренты получают почти демоническое наслаждение, нападая на Гейтса, его компанию и ее продукцию. Руководитель «Борланда» Филипп Кан однажды сравнил «Майкрософт» с Германией под властью Адольфа Гитлера; в другой раз он уподобил Windows СПИДу. Основатель «Лотоса» Митч Кэйпор, проведя анализ индустрии программного обеспечения, объявил, что господство «Майкрософт» превратило ее «в царство мертвых». Руководитель «Оракула» Лэрри Эллисон – вероятно, самый рьяный антагонист Гейтса в отрасли. Когда Минюст выступил против «Майкрософт», в мае 1998 г. на компьютерной конференции в Гарварде Эллисон заявил, что деловые методы компании «очевидно незаконны… более вульгарны, чем все, что когда-либо делал Рокфеллер», и обвинил Гейтса во «лжи» о нововведениях «Майкрософт». «Оракул» докатился до того, что нанял вашингтонское детективное агентство Investigative Group International, чтобы собрать компромат на конкурента, буквально копаясь в помоях «Майкрософт».

Дела в киберпространстве только ухудшаются. Парадоксально, но, живя в новом тысячелетии, можно воспользоваться операционной системой «Майкрософт» и Навигатором Интернета «Майкрософт», чтобы найти веб-сайты типа «Бойкот «Майкрософт», «Бей Билла Гейтса», «Страница ненависти к «Майкрософт», «Кампания бойкота «Майкрософт», и «Счетчик личного богатства Билла Гейтса», который посекундно отслеживает стоимость Гейтса, основываясь на 141.159.990 акций «Майкрософт». Ими он владел в 1995 г., с поправкой на раздробления в 1996, 1998 и 1999 гг. По состоянию на пятницу 15 декабря 2000 г. в 13:45:47 по восточному стандартному времени при курсе акций «Майкрософт» в $48,875 Билл Гейтс стоил $55,1936 млрд., отмечал счетчик, или $199,738 на каждого живущего американца. На случай, если кто-то не понимает, о чем идет речь, непосредственно под цифрами приведена старая ирландская поговорка: «Если вы хотите знать, что Бог думает о деньгах, посмотрите на людей, которым он их дает».

Настоящий Билл Гейтс, наверное, лучше всего характеризуется цитатой, приписываемой одному из конкурентов в сфере программного обеспечения, отрекомендовавшимся также другом соучредителя «Майкрософт». Гейтс, сказал этот человек, «на одну часть состоит из Альберта Эйнштейна, на одну часть из Джона Макинроя и на одну – из генерала Паттона». Другими словами, Гейтс – на одну часть гениальный ученый, на одну часть гениальный темпераментный хулиган и на одну часть гениальный тактик. Для ровного счета можно было бы добавить Томаса Эдисона, еще одного гения, но при этом сверхуспешного предпринимателя, знавшего, как превратить технологическое новшество в продажи.

Сын богатых родителей (его отец был видным юристом, а мать – подругой детства Мэг Гринфилд, долгое время занимавшей пост редактора редакционной страницы «Вашингтон Пост»), Гейтс учился в фешенебельной и академически строгой школе «Лэйксайд». Именно там он и его друг Пол Аллен впервые открыли для себя мир компьютеров на древнем школьном терминале, купленном на доходы от продажи печенья «Клубом Матерей». К 1968 г. оба восьмиклассника выучили компьютерный язык Basic и написали первые программы. Вечерами они отлаживали компьютер для одной компании в Сиэтле. В 10 классе Гейтс написал программу, которая вела расписание занятий для «Лэйксайд». Примерно в то же время он, Пол Аллен и их третий друг, Кент Эванс, обеспечили себя работой, создавая систему расчета зарплаты для местной фирмы, а также систему анализа и графического представления данных городского движения для Сиэтла. (Эванс, лучший друг Гейтса, увлекался альпинизмом и погиб в горах в результате несчастного случая еще до того, как была окончена средняя школа.)

После окончания «Лэйксайд» в 1973 г. Гейтс поступил в Гарвард, а Аллен устроился на работу в «Ханиуэлл». Спустя два года произошло событие, называемое в мифологии «Майкрософт» моментом зачатия. Как гласит история, Аллен, переехавший на Восток, чтобы быть поближе к своему компьютерному приятелю, схватил свежий номер журнала «Популярная электроника» и прокричал Гейтсу: «Вот-вот начнется!». Аллена взволновал изображенный на обложке макет MITS (сокращение от Micro Instrumentation and Telemetry Systems) Altair 8800, компьютерного набора, которому, несмотря на свою примитивность и частые сбои в работе, суждено было стать первым персональным компьютером. Гейтс и Аллен немедленно сели писать программу на Basic для новой машины, и 1 февраля 1975 г. они продали ее MITS, ставшей их первым клиентом. Так Билл Гейтс оказался самым известным студентом, отчисленным из Гарварда. Вместе с Алленом он открыл собственную фирму в Альбукерке, шт. Нью-Мексико, где находилась штаб-квартира MITS и где был запущен «Майкрософт».

Micro-soft, как сначала писалось название компании, завершила 1975 год с тремя сотрудниками и прибылью в $16,005, но Гейтс и Аллен уже решили фундаментальный вопрос, который должен был определить успех компании: в какой части компьютерного бизнеса они собирались прописаться. Аллен, который уйдет из компании в начале 80-х гг. и станет крупнейшим венчурным капиталистом, а также владельцем спортивных команд и основателем музея рок-н-ролла, склонялся в пользу комбинации программного обеспечения и железа. Железо, в конце концов, было бизнесом, куда устремились почти все компьютерные гиганты того времени. Гейтс хотел заниматься только программным обеспечением и, к счастью для будущих акционеров «Майкрософт», настоял на своем.

«Когда вы имеете микропроцессор, удваивающий свою мощность каждые два года, в некотором смысле вы начинаете думать о мощности компьютера как о чем-то почти бесплатном, – сказал Гейтс репортеру «Плэйбоя». – Поэтому вы задаетесь вопросом, а зачем лезть в бизнес, где делается нечто почти бесплатное? Что является дефицитным ресурсом? Что ограничивает возможности извлечения максимальной полезности из этой бесконечной вычислительной мощи? Программное обеспечение. А если взглянуть на вещи с другой стороны, то я значительно лучше разбирался в программном обеспечении, чем в железе, поэтому я держался того, что хорошо знал, – и это оказалось очень важным».

К 1980 г. «Майкрософт» избавилась от дефиса, переехала в штат Вашингтон и стала компанией со штатом в 40 человек, зарабатывавшей $7,5 млн. В 1981 г. число ее служащих утроилось, а доход более чем удвоился. Дело в том, что в промежутке между этими двумя датами появилась IBM. Компьютерный гигант обратился к корпорации «Майкрософт» с просьбой: можно ли написать языки и операционную систему для первого персонального компьютера IBM? 12 августа 1981 г. IBM с большой помпой представила миру свой персональный компьютер. Гораздо меньшего внимания был удостоен 16-битный мозг внутри ПК – дисковая операционная система «Майкрософт», или MS-DOS, а также тот факт, что Гейтс вынудил монстра отрасли предоставить «Майкрософт» монопольные права на лицензирование MS-DOS. Для Билла Гейтса и «Майкрософт» это стало началом восхождения к вершинам.

«Мы хотели только оставить за собой возможность лицензировать ее, – сказал Гейтс. – Мы заключили сделку по довольно низкой цене, надеясь, что это поможет популяризировать систему. Хорошие продукты IBM обычно клонируют, поэтому не требовалось быть академиком, чтобы понять, что, в конечном счете, мы могли лицензировать MS-DOS и другим компаниям. Мы знали, что, если когда-либо нам доведется сделать много денег на MS-DOS, мы сделаем их на совместимых машинах, а не на IBM».

И корпорация действительно сделала много денег. Выехав на том, что IBM упустила контроль над своей операционной системой, к середине 80-х гг. Гейтс и компания выиграли войну операционных систем для персонального компьютера и переключили внимание на так называемый «офисный пакет»: комбинация редактора текстов, динамических электронных таблиц и представления. Каждое новое завоевание еще более укрепляло статус MS-DOS (а позднее ее преемника Windows) как промышленного стандарта. К удовольствию «Майкрософт», компания делала деньги даже тогда, когда операционная система не продавалась. По соглашению, которое критики Гейтса будут высмеивать как «налог на компьютеры», все изготовители IBM-совместимых персональных компьютеров должны были платить «Майкрософт» лицензионный платеж с каждого отгруженного компьютера, вне зависимости от того, установлена ли на машине MS-DOS.

К середине 80-х гг. рыночное господство «Майкрософт» стало измеряться огромными суммами. Прибыль за 1985 г. составила $140 млн – 9-кратно превысив доходы того времени, когда операционная система компании была представлена впервые. В следующем году, 13 марта 1986 г., акции компании были пущены в открытую продажу по $21 за штуку, причем к концу торгового дня цена повысилась до $28 (через 14 лет одна акция первого выпуска стоила приблизительно $10 тыс., с поправкой на дробление акций). Это оказалось, конечно же, только началом.

Вторая революция в мире компьютеров – на этот раз во главе с Бобом Каном, Винтом Серфом и другими – назревала еще с тех пор, когда в 60-е гг. Управление по передовым исследовательским проектам Минобороны США распорядилось провести эксперимент по организации сети Арпанет. Когда Арпанет переросла в Интернет, началось цифровое объединение всего мира со всеми новыми экономическими возможностями. Чтобы пользователи компьютеров отправлялись в киберпространство с помощью продуктов «Майкрософт», компания бесплатно отдала свое программное обеспечение для навигации в Интернете. У Гейтса имелись достаточные наличные резервы, чтобы позволить себе эту роскошь, и инстинкты убийцы, чтобы обескровить своих конкурентов. Дабы Навигатор не отделялся от основной операционной системы, а ее пользователи не ушли к конкурентам, «Майкрософт» стала поставлять Проводник вместе с Windows и в середине 1995 г. создала MSN (сеть «Майкрософт» как портал Интернета с полным набором услуг). В течение первых же трех месяцев в MSN зарегистрировалось более 0,5 млн человек. Таким образом, самое популярное операционное программное обеспечение для персональных компьютеров стало наипопулярнейшим программным обеспечением для путешествия по Сети. Со временем «Майкрософт» распространилась по всему Интернету и внутренним сетям, а также проникла в мультимедиа, онлайновую публикацию журналов, веб-телевидение и всюду, куда могла дотянуться со своим безграничным аппетитом и приблизительно $15 млрд ежегодных доходов.

Как и в случае со «Стандарт ойл», Минюст и суды оказались неспособны затормозить компанию Гейтса, даже когда правительство, казалось, победило. В феврале 1999 г. компания по сбору статинформации об Интернете «Статмаркет» сообщила, что Проводник «Майкрософт» предпочитают почти 65% всех пользователей Сети в мире. К июню 2000 г., когда судья Джексон вынес решение в антимонопольном деле против «Майкрософт», более 86% всех серверов в мире использовали Internet Explorer, а это увеличение на 32% всего за 16 месяцев. Более того, как обнаружила «Статмаркет», 93% серверов глобальной Сети также использовали лицензированный продукт «операционная система Windows от «Майкрософт».

Билл Гейтс, предпочитающий считать себя технологом, а не бизнесменом, стал одновременно и самым обожаемым, и самым презираемым человеком в мире, а также его самым богатым гражданином.

Джон Д. Рокфеллер уже шагнул в седьмой десяток, когда раздробление «Стандарт ойл» по решению Верховного суда помогло за два коротких года утроить его состояние почти до $1 млрд. Генри Форд продал свою первую «Модель T» в 45 лет, а в 60 стал первым в мире миллиардером. Билл Гейтс к 43 годам был почти 80-кратным миллиардером.

В цифровую эру возросла не только скорость передачи информация. Увеличилась и скорость, с которой накапливается богатство, товары овладевают рынками, а новые идеи превращаются в кур, несущих золотые яйца. Радио потребовалось 20 лет, чтобы собрать 10 млн слушателей. Телевидение сократило это время вдвое. «Нетскэйп» заполучил 10 млн пользователей лишь за 28 месяцев, а «Хотмейл» сделала это в 4 раза быстрее, всего за 7 месяцев.

В первом году нового тысячелетия, по данным «Альманаха компьютерной промышленности», Интернетом на планете пользовались 350 млн человек. К концу 2005 г. подключенное к Сети население составило 765 млн человек. В начале XXI в. приблизительно 43% всех пользователей Интернета были американцами; к 2005 г. это значение упало до 28%. Почти моментально Австралия и Финляндия, 11 часовых поясов бывшего СССР, Нью-Дели, Мадагаскар, Рим и Нью-Йорк оказались на расстоянии логона (logon). Была создана Всемирная паутина. Эту структуру можно считать паутиной в буквальном смысле слова: прикоснитесь к ней в любом месте – и вы будете контактировать со всем организмом. Паутина постоянно разрастается, а вместе с ней расширяются и возможности.

Сегодня с помощью Интернета акции, облигации, закладные и взаимные фонды покупаются и продаются в онлайновом режиме, а торговля валютами стала самым большим рынком в мире. Деньги пересекают земной шар по щелчку мыши – и в основе этого не лежит ничего реального. Еще сто лет назад каждый однодолларовый банкнот должен был подкрепляться соответствующим количеством золота или серебра. Сегодня деньги – это электронные вспышки, летящие через электропровода и посылаются со спутников: ни одна валюта в мире не подкрепляется ничем, кроме чистой веры.

Мэтью Боултон и Джеймс Ватт существенно уменьшили размер парового двигателя и сделали его гораздо более эффективным, но они не дематериализовывали его. Чтобы воспользоваться двигателем Боултона и Ватта, его надо было иметь в наличии и где-то установить. Генри Форд и Джон Д. Рокфеллер нуждались в обширных инфраструктурах, чтобы умножать свои состояния. Теперь Интернет дает многим предприятиям, таким как «Центр ручных ремесел Никон» –  и источник энергии, и огромную инфраструктуру. И все это за смешную цену. Сеть – это не только информационное шоссе; это, как сказала влиятельный руководитель компании EDventure Holdings Inc. Эстер Дайсон, «информационный велосипед», то есть инфраструктура, построенная для личной свободы и позволяющая предпринимателям делать все, что они хотят, любым имеющим смысл способом, будь то электронная торговля баварскими фарфоровыми статуэтками или продажа шелков.

На протяжении последнего тысячелетия состояния создавались через контроль: контроль над океанами или железными дорогами, шоссе или радиоволнами. В начале нового тысячелетия контроль по-прежнему главнее всего. Но на сей раз это контроль над киберпространством, новой машиной обогащения. Многое в этом мире неизменно, но на этот раз есть большое отличие: новая дорога к богатству открыта для каждого.



Опубликовано 09.06.2017 admin в категории "Интересная история