Династия Скалигеров – правители Вероны

Скалигеров

Посетив Верону, вам обязательно порекомендуют осмотреть исторические памятники. Одним из них является могильный комплекс правителей Вероны XIII–XIV столетий, расположенный практически в центре города.

Минуя первую резиденцию Скалигеров (довольно мрачного здания) можно выйти к церкви Санта-Мария Антика и родовому кладбищу династии. Это, пожалуй, самое удивительное, что преподносит Верона. Династия Скала, отказавшись от обычных захоронений, соорудила уникальнейший Пантеон. Владельцы города устроили кладбище под окнами собственного дворца (что уже довольно странно), в гигантских резных саркофагах из превосходного мрамора. И не в земле, как заповедано в Ветхом Завете, не под сводами церкви, даже не в Пирамидах, а в воздухе, вознесенные на приличную высоту.

Наиболее причудливая из гробниц – Арка Кансиньорио (скульптор Бонио да Кампьоне). Это каскад готики, искусно выполненный из мраморных кружев знаменитыми мастерами, увидеть который приезжают многочисленные туристы из разных стран. И находится это удивительное кладбище около маленькой церкви Санта-Мария Антика (постройка восходит к VII в.), являвшейся их домашней церковью и приютившей прямо над своим входом одного из бывших владельцев, всадника в полном боевом вооружении. Это Кангранде, самый удачливый из герцогов делла Скала, занявший престол в 1322 г. Он был вождем и главной «опорой всех итальянских гибеллинов». Именно на него возлагались надежды на ее объединение и прекращение всяких раздоров и кровавых переделов. Поэтому сюда бежал и Данте, преклонявшийся перед Кангранде, как перед мудрым властителем и как перед щедрым меценатом и ценителем искусства. До появления на исторической сцене Медичи, это была, пожалуй, ключевая фигура итальянского меценатства.

Забрало рыцаря в виде собачьей головы откинуто. За это летописцы того времени назвали его «Великим псом». Всадник из камня страшен: он улыбается. Живший на правах гостя при дворе, великий Данте, имевший солидный опыт политика, предсказывал ему роль «объединителя» лоскутной страны. Возможно, так бы и случилось, ибо энергии у молодого синьора Вероны было предостаточно, но судьба коварна: в возрасте всего 37 лет, на пике славы и военных успехов, он нелепо умирает, поев в жаркий день принесенных из погреба холодных яблок (1329).

Помните у Вознесенского – «Возраст гениев тридцать семь». Как тут не уверовать в Провидение и всякую разную карму. Далее судьба Скалигеров была не менее драматична, чем судьбы их коллег, друзей-врагов: Висконти, Медичи, д’Эсте, Сфорца, Гонзага и других. Измены, заговоры, убийства. А между всем этим пиры, турниры, придворные шуты, пышные свадьбы, интриги, политика, яд. В общем, нормальная дворцовая жизнь.

А начиналось все с Мастино I делла Скала (Скала по-итальянски «лестница»). Вот почему на гербе Скалигеров изображена собака (ведь прозвище Кангранде было «Великий пес»), держащая в лапах лестницу. Все просто, не правда ли? Этот самый Мастино, которого народ в 1262 г. избирает «Капитано дель пололо», власть из своих рук уже не выпустил. Братец его, правивший следом, значительно укрепляет династию, женив сыновей: одного на внучке императора Фридриха II, а другого на дочери Маттео Висконти, что не помешает потомкам этого самого родственника через сто двадцать лет Верону у Скалигеров оттяпать. Но до этого еще далеко.

Всего через три поколения после основателя династии Мастино «Великого пса» были завоеваны Падуя, Парма, Модена и Лукка. Деяния сии, повлекшие усиление и богатство Вероны, не замедлили, однако, восстановить против Скалигеров соседей: Флоренцию, Милан, Ферарру и Венецию. Противостояние было неравным. Звезда Вероны покатилась вниз.

Древние говорили, что власть притягательнее злата. Правление братьев Бартоломео и Антонио заканчивается тем, что Антонио через 6 лет убивает брата. И не просто, а в лучших традициях Агаты Кристи и Леди Макбет, подстроив все почти как в драмах Шекспира: подложив ночью окровавленное тело убиенного у дома его недоброжелателей и недругов. Реальных, однако, ни в чем не повинных.

Проснувшаяся Верона ужаснулась трагедии. Гнев, призывы к мести. Выступление на площади, якобы «обезумевшего от горя» и полного трагической скорби брата. Суд, пытки, клятва брата, занявшего теперь уже единолично престол, «отомстить». В общем, в полном объеме все то, что называется словом «коварство».

Но судьба помнит все, и этот «удачливый» правитель, женившийся в расцвете своей славы и власти на Самаритане де Поленте, дочери герцога Равенны, самой красивой в то время женщине Европы (свадьба длилась двадцать семь дней), в 1387 г. кончает свое царствование ночным бегством вместе с женой в Венецию. У него нет сил противостоять Милану, а точнее, Джану Галеаццо Висконти, который в 1387 г. поднял над Кастельвеккио свой штандарт. Хитроумная Венеция герцога Скалигера, конечно же (в силу своей дальновидной политики), принимает, а через двадцать лет забирает «под себя» не только несчастного герцога делла Скала, но и саму Верону, которую до этого прибрал к рукам известный Джан Галеаццо Висконти.

Но до этого печального финала своей судьбы Скалигеры за 125 лет правления успевают построить великолепный замок Кастельвеккио на правом берегу Адиджа и уникальные гробницы (Арки). А один из них даже женится на дочери императора Священной Римской империи Людвига IV из рода Виттельсбахов, что не только придает ему уверенности в правлении, но и объясняет строительство моста из замка через Адидж, направленного кратчайшим путем в Германию, во владения тестя.

Однако мост пригодился на совершенно другое «мероприятие»: последний из Скалигеров бежал по нему в Венецию. Скалигеры правили в Вероне 125 лет, Венеция почти 400. Мост, построенный ради одного-единственного выезда, правда, судьбоносного, стоит до сих пор и лучше всего вместе с замком смотрится с левого берега, когда он освещен лучами заходящего солнца.

Обогнув кладбище, поверните направо, через двадцать пять метров перед вами предстанет другая эпоха и другая история: вы стоите у дома Ромео. В нем нет музея, и он до сих пор принадлежит одной очень старой итальянской фамилии. Не Монтекки. Однако «вывеска» о пылком влюбленном Ромео на доме все-таки есть. Одновременно с камерой слежения «Грундиг»: вероятно, чтобы обезумевшие «Джульетты» через стену без звонка не влезали. Кстати, легенду о вражде двух именитых родов Монтекки и Капулетти записал в одной из своих пометок сам Данте. Так что выдумал сие действо Шекспир или нет, теперь уже совершенно не разобрать. Да и надо ли?



Опубликовано 29.07.2017 admin в категории "2. Средние века (V - XV вв.)", "История Европы